После экологической катастрофы в Туапсе в России снова заговорили о возможных внутренних потрясениях. Кремль пытается сдерживать эту тему в пределах отдельных регионов, избегая общенационального внимания.
Руководитель Центра противодействия дезинформации при СНБО Андрей Коваленко объяснил, почему заявления о революции не стоит воспринимать буквально. По его словам, такие вбросы часто являются частью внутренней игры, которая обесценивает идею протестов, не провоцируя реальных акций.
Почему Путин молчит о Туапсе?
Историю с Туапсе сознательно не выносят на федеральный уровень. Путин не появляется там, пока катастрофа вызывает острые вопросы. Аналогично действовали с Белгородом и Курской областью: губернатора Гладкова критиковали за чрезмерное внимание к обстрелам, а Путин приехал лишь для медийной картинки.
Путин сознательно игнорирует эту историю, потому что если он туда поедет, об этом начнут говорить в Москве, – объяснил Коваленко.
Российская власть сегментирует информацию. События ограничивают «пузырем» вокруг региона, чтобы они не дошли до ключевой аудитории – жителей Москвы и Санкт-Петербурга.
Они сегментируют, создают пузырь вокруг города или региона, где это происходит, для того, чтобы дальше это информационно не попадало в эфир той аудитории, на которую ориентируется власть, а это жители Москвы, Санкт-Петербурга в первую очередь, – подчеркнул он.
Поэтому катастрофа в Туапсе вряд ли спровоцирует массовые протесты. Ее стремятся превратить в локальную проблему, которую быстро забудут.
После ударов украинских дронов 16 и 20 апреля Туапсинский НПЗ подвергся серьезным разрушениям. Спутниковые снимки фиксируют повреждения резервуарного парка, насосных станций, железнодорожной эстакады и трубопроводов. Завод остановил прием, хранение и отгрузку нефтепродуктов. Пожары вызвали «дождь из нефти», дым распространился на сотни километров. Жители жалуются на загрязнение моря, воздуха и поверхностей.
Заявления о революции: игра элит
Российские элиты неоднородны. Часть недовольна действиями ФСБ по блокировке интернета, Telegram и VPN, а также курсом к «китайской модели» цифрового контроля. Это вредит рейтингам Путина и бизнес-интересам.
Элиты в России неоднородны. Многие не нравятся методы второй службы ФСБ с блокировками интернета и телеграма, VPN и вот такого движения к китайской модели, – объяснил Коваленко.
Лидер КПРФ Геннадий Зюганов предупредил о рисках, подобных 1917 году. Такая декларация от системной фигуры обесценивает тему, вызывая скепсис.
Когда говорит Зюганов о революции, это скорее вызывает смех у многих, чем серьезное отношение к этому. Это маргинализация, чтобы сама идея протеста в головах умерла сразу, – подчеркнул он.
Для протестов в России решающее не лозунг, а спикер. Системные лица маргинализируют идею. Взамен слова известного актера, как Бахруз Нагиев, могли бы мобилизовать аудиторию.
Есть Нагиев, например, такой актер. Некоторые видео с Нагиевым очень хорошо заходят россиянам. Вот если бы условный Нагиев вышел и сказал это, он бы подтянул аудиторию, которая бы поверила, что протест теоретически возможен, – объяснил он.
Режим выбирает спикеров, которых легко дискредитировать, чтобы идея протеста не набрала оборотов.
